- За дочкой моей присмотреть надо. Только тебе доверить ее могу. За нее голову всем откручу, а тебе доверяю. Морщусь. Не думал, что придется в няньках у малолетки быть, но отказать другу не могу. - Мариш, это мой друг – Роман Викторович. Ромыч, это – моя Маринка. С лица Марины сходят все краски,...

-Если ты не подпишешь, твоя дочь умрет! - Давлю на бывшую. - Да плевать. Надо было в роддоме оставить. Пожалела, идиотка. -Ты вообще слышишь себя? - Едва сдерживаю злость. - Там твоя дочь умирает! По твоей вине! -Она моя такая же, как и твоя. - Шипит зло. -Что. Ты. Сказала? - Теряю дар речи. -То,...

"Главное требование - крепкая нервная система". Именно за эту строчку зацепился взгляд Анжелики, когда она искала работу. Ей восемнадцать, ее выгнали из дома и ей предстоит как-то прокормить себя и кота! Крепкая нервная система? Да с ней самой нужна крепкая нервная система, иначе за воротами дома...

Он – влиятельный политик, богач и просто красавец. Я – журналистка, феминистка и просто невезучая особа. Сначала я въехала в его тачку. Потом эпично упала, схватив его за ширинку. Ну а после – как ни странно, получила предложение работы. Нас безжалостно тянет друг к другу, но все вокруг твердят,...

— Ты меня обокрала. Дважды! — Я... — Молчи! — грозно перебил я. Ни капли страха у чертовки! Не девчонка — огонь! — На чем я остановился? Вспомнил... Обокрала, поцеловала, нахамила... — Так и быть, целовать больше не буду! — А вот это ты ошиблась, малая. Будешь. — С чего бы? — С того, что я на тебе...

Он врывается в её жизнь, как смерч, и отнимает всё, что ей дорого. Жестокий король мафии винит её в смерти жены, которую любил больше жизни. Его руки покрыты шрамами после пожара, а лицо скрывает жестяная маска. Для него она не человек, а всего лишь игрушка. Это не любовь — это одержимость, в...

Она не искала встречи с миллиардером Градовым, но судьба распорядилась иначе, втянув её в водоворот событий, из которого нет выхода. Перед ней лежат документы, и его голос, полный холодной угрозы, не оставляет сомнений: отказаться невозможно. Он обвиняет её в том, чего она не совершала, загоняя в...

Она вошла в комнату и застыла, не в силах поверить своим глазам. Картина, открывшаяся перед ней, разрушила все иллюзии: Сабуров, развалившийся в кресле, и Ксения, стоящая на коленях у его ног. Взгляды обоих обратились к ней, и в этом молчаливом столкновении не осталось места сомнениям....

Он жил в мире, где солнце перестало светить, а каждый день был лишь повторением серой рутины, наполненной болью утраты. Годы одиночества и отчаяния превратили его в тень, существующую на автомате, пока в его жизнь не ворвалась она — подруга его дочери, девушка, сумевшая выжить там, где другие...

Их первая встреча произошла, когда ей было шестнадцать, а ему двадцать шесть. Он назвал её малолеткой и даже не захотел знакомиться, а она в тот вечер спасла ему жизнь. Вторая встреча случилась спустя шесть лет: теперь ей двадцать два, ему тридцать два, и он, став её врачом, спасает её. Между ними...

Его жизнь — это выверенная до мелочей схема, где каждый шаг просчитан, а бизнес подчиняется строгим правилам. Он привык контролировать всё, и ничто не может нарушить этот идеальный порядок. Но отцовское завещание вносит неожиданный диссонанс: часть состояния принадлежит некой Ярцевой Лии...

Меня обещали как вещь — в четырнадцать лет отдали чужому человеку, которого я никогда не видела. Он уехал в Америку, а вернулся ровно в день моего восемнадцатилетия. Теперь я — его жена не по любви, а по договору: ненужная игрушка в доме, где меня никто не ждет и никому я не нужна, кроме формальной...

После измены и развода Алина оставила прошлое позади и уехала туда, где можно начать все заново — на свою экоферму «Солнечная Долина». Здесь она хотела только одного: тишины, работы и новой жизни без боли, лжи и предательства. Но покой оказывается слишком хрупким. Бывший муж возвращается с грязными...

— Я серьёзно, Ника, что-то странное происходит. Все... будто сторонятся меня. Парни избегают общения. И у меня постоянное чувство, будто за мной кто-то следит! — Саби, — тревожно вздыхает Ника, — может, тебе успокоительные попить... Кажется, она хочет сказать что-то ещё, но вдруг замолкает и...

Я продала себя, чтобы спасти семью. Друг отца всегда получает то, что хочет. А хочет он меня. И плевать, что я ненавижу его. Ненависть делает игру острее. Брачный контракт. Отдельные спальни. Холодная вежливость. Но однажды ночью он входит в мою комнату и напоминает: — Ты моя. Я думала, что смогу...

— Отпустите! Что вы себе позволяете? — я упираюсь руками в грудь мужчины, нависшего надо мной и почти вдавившего в стену. С тем же успехом можно пытаться сдвинуть гору. Этот наглый мужлан как раз напоминает скалу: такой же непрошибаемый и твёрдый. Мышцы, словно каменные. — Что я себе позволяю? —...

Влекомая постыдными желаниями к своему отчиму, я решила, что лучший выход — просто съехать из его особняка и жить отдельно. Можно даже сказать, что мне стало полегче. Но после его визита, когда он решил меня навестить, всё как будто усилилось. Его тяжёлый взгляд, его близость… Мне стало ещё сложнее...

— Кстати, ты как предпочитаешь: сверху или снизу? — бархатный баритон ласкает и одурманивает. Даже не сразу понимаю суть вопроса, а когда осознаю — вспыхиваю так, что щекам становится горячо, а мочки ушей пылают. — Что вы себе позволяете, Игорь Андреевич? — выдавливаю, задыхаясь от смеси...

— Ты родишь этого ребенка, ясно? — Я тону в синеве его глаз. Сильная ладонь обхватывает горло, лишая меня кислорода. Испуганно попятившись, упираюсь лопатками в холодный камень стены. Быстро киваю и удостаиваюсь презрительной усмешки. — Ты не стоила и мизинца моего сына, запомни это. А сейчас...

– Я же говорил, что украду тебя, Земфира? – Холодные глаза Булата вспыхивают недобрым огнём, пугая меня до жути. – Думала, я шучу? Теперь ты станешь моей женой. – Я никогда тебя не полюблю! Моё сердце принадлежит другому навеки! – Что ты знаешь о вечности и любви, девочка? Мне нравятся строптивые...

— Ольга, тебе нравится твой образ жизни? Шантаж?! — Нравится, но если дело принимает такой оборот. Ничего – перебьюсь. В конце концов, на работу устроюсь. Губы Фролова не дрогнули, но по его взгляду было видно, он только что в душе надо мной посмеялся. Сволота. — Подумай ещё раз. И теперь не о...

– Ты, наверное, задаешься сейчас вопросом – зачем я к тебе пришел. Так? – Да. – Вот и мне интересно, как ты оказалась на месте подарка по вызову? – Я принесла вам документы… – И даже не возразила, когда мой человек тебя перепутал. Ты промолчала, даже когда я тебя взял! Что, понравилось? Его слова...